Previous Entry Share Next Entry
Игорь Фокин.
delvin_stil

Картинка кликабельна.
В Соединенных Штатах Америки, в штате Массачусетс, есть университетский город Кембридж. Уютные невысокие кирпичные дома, стены многих из них заплетены плющом, улицы, утопающие в зелени и красивые зеленые скверы с детскими площадками окружают Гарвардский Университет, являющийся центром городка. Мостовые городка выложены кирпичом, а иногда и проезжая часть тоже; город является центром культурной жизни Новой Англии. Островок Европы среди вовсе уже не «Дикого» Запада. Внутренний двор университета, засаженный газонной травой и вековыми деревьями, часто становится местом для студенческих пикников и прогулок. Среди гуляющих и лежащих на аккуратно подстриженной траве людей бегают наглые серые белки, они в два раза больше, чем обычные. К югу от университета, на пересечении трех улиц, находится главная площадь городка, книжный магазин «Вордсворт», огромный музыкальный магазин через площадь напротив и магазин игрушек с третьей стороны. На площади, вымощенной все тем же красным кирпичом, аккуратно посажены деревья, земля вокруг них закрыта красивыми круглыми решетками. Перед музыкальным магазином, на гранитной тумбе, верх которой покрыт позолотой, стоит маленькая, тоже позолоченная, фигурка: ростом всего сантиметров двадцать, она представляет собой смешного человечка с флейтой вместо носа. Рядом около дерева, в кирпичах вмурована мемориальная табличка; «Памяти кукольника Игоря Фокина 1960-1996» - написано на ней.
Игорь Фокин, родился в 1960 году в Ленинграде, в семье инженера и швеи. С раннего детства у него был сильный и противящийся авторитарным мнениям характер. Как многие мальчишки, он лазал по крышам, исследовал стройки, и, конечно, играл со сверстниками во дворе, но было в нем многое, сильно отличающее его от них. В отличие от обычных детей, он испытывал непреодолимую тягу к творчеству, рисовал, лепил и мечтал научиться играть на баяне или гармошке. Мать отвела его в дом пионеров, где он учился играть на аккордеоне, позже ему предложили перейти на балалайку; гордо отказавшись от такого «нелепого», по его мнению, музыкального инструмента, Игорь попросил маму отдать его в художественную школу. В возрасте 13 лет он поступил в художественную школу на Фонтанке, возле Летнего Сада, там он учился на театральном отделении у Татьяны Константиновны Сотниковой. Именно Татьяна Константиновна - человек творческий, увлеченным своим делом, - привила Игорю любовь к театру. Его работы выставлялись на городских выставках. Одной из самых удачных его работ был персонаж из пьесы Метерлинка «Синяя птица» - фея Берилюна. В это же время Игорь стал жить на Литейном проспекте, совсем близко от школы. Его любознательность и фантазия только крепли, смотря на сарай во дворе для дров, он мечтал поселить в нем лошадь, часто он вылезал за окно и шел по карнизу третьего этажа. Позже, закончив школу, Игорь поступил в художественное училище имени Серова, где его преподавателем была Валентина Васильевна Малахиева, под её руководством на втором курсе он сделал свою первую куклу, это снова была фея Бирюлина. Куклы поначалу не вызвали у него интереса, кукольный театр казался ему чем-то несерьезным, наподобие балалайки из детства. Но к четвертому курсу он уже только и мог, что заниматься куклами, из «несерьезного театра» они стали для него делом жизни. Диплом он делал вместе со своими друзьями Юрием Тесле и Вадимом Киновичем, это были декорации и куклы к трем пьесам Карло Гоцци. Игорь работал над пьесой «Ворон». Позже, создав свой собственный театр, он рассказывал, что первые куклы ему давались нелегко. Резать по дереву он тогда умел плохо и часто ранил руки. Но со временем, через годы после окончания училища, он достиг в резьбе по дереву такого мастерства, что резал его, как мыло. Достаточно было ему бросить взгляд на кусок дерева, чтобы увидеть образ своего нового «актера». «Я просто убираю лишнее», - говорил он, повторяя Родена.
Как и все студенты во время работы над дипломом, когда времени ни на что не хватает, а успеть нужно обязательно, он спал не больше двух-трех часов в сутки. Заметив состояние внука, бабушка подарила ему записанный на бобинах, очень дорогой в те годы, альбом группы Deep Purple «Made In Japan»; эта резкая, жесткая, но красивая музыка не давала ему уснуть за работой. Много лет спустя он нашел запись этого альбома на диске, и с удовольствием слушал его в наушниках по ночам, работая над новыми куклами для своего театра. Уже во время работы над дипломом Игорь с друзьями Юрием и Вадимом решили сделать свой кукольный театр. Но начать эту работу сразу не удалось, после окончания училища в 1979 году молодой художник был призван в армию, откуда через 9 месяцев был демобилизован по состоянию здоровья. Во время службы в армии Игорь много переписывался с друзьями, делясь своими яркими идеями о будущем театре. Демобилизовавшись, он сразу начал искать место для театра. Создать частный театр в советское время не было возможности, надо было найти клуб или Дом Культуры, при котором можно было организовать кружок и под видом него создавать и развивать театр. Наконец место было найдено, возник театр-студия при подростковом клубе «Апрель». В него приходили дети, они учились рисовать, делать кукол, а также принимали участие в представлениях. Самой яркой постановкой того времени стал марионеточный спектакль «Мельник и Привидение».
В 1984 году Игорь познакомился с Александром Старковым, директором ДК «Современник» в городе Пушкине. Старков благожелательно отнесся к идее Игоря создать свой театр и предложил помочь с помещением в Пушкине. Вскоре пока что безымянный театр переехал в помещение домовой церкви бывшей «Царскосельской мужской Гимназии»; для молодых художников это место было просто прекрасно: небольшой зал, помещения для мастерских и даже комнатка для чаепития и ведения административных дел театра. Получив столь «роскошное» помещение, Игорь придумал название для театра, с тех пор он назывался «Театр Марионеток Деревянная Лошадь». В эти годы Игорь Фокин был студентом режиссерского факультета Института Культуры им. Крупской. Режиссуру там преподавала Людмила Николаевна Мартынова, в будущем сыгравшая большую роль в карьере Игоря. В учебном театре при институте он поставил спектакль «Осенняя скука» по Некрасову. Дипломной работой для него стала постановка кукольного спектакля «Рубашка Бланш» по пьесе Ильи Эренбурга, художником был Вадим Кинович. В это же время в Пушкине Игорь поставил спектакль «Финист Ясный Сокол», там он выступал как художник и режиссер. Так же он сделал несколько различных передвижных представлений на основе театра «петрушки». Куклы в нем были перчаточные, с телом, в которое вставлялась рука, с двумя деревянными ручками и головой из папье-маше. В Пушкине театр существовал до 1989 года; по причине внутренних интриг и асоциальных действий местного исполкома театр был закрыт. Но Игорь все равно остался хранителем театра, несмотря на то, что от того остались всего три куклы (все остальное было унесено другими сотрудниками театра), он продолжал создавать его, как бы тяжело в эти перестроечные годы ему не приходилось. После перестройки в жизни художника наступила черная полоса, нормальной работы у него не было, приходилось зарабатывать, чем придется: расписывать побрякушки, работать с издательствами как иллюстратор. Лишь творческий союз с женой Анастасией позволил ему сохранить и снова создать театр. Ещё летом 1991 года, почти сразу после путча, обновленный театр «Деревянная Лошадь» выехал на две недели в Гамбург, на фестиваль. В тот же год Игорь начал сотрудничать с «Классическим Театром», режиссером которого была его преподаватель из института Мартынова. Там он работал театральным художником, делал декорации, плакаты и вывески, также в спектакле «Три Сестры» по А.П. Чехову он играл Ферапонта. Будучи талантливым актером, он на сцену выходил со столь комическим выражением лица, что актриса, игравшая одну из сестер, однажды чуть не сорвала сцену из спектакля - взглянув на лицо «Ферапонта», она рассмеялась. Зимой Игорь начал работать над рождественским театром «Вертеп»; этот красивый, с сложной резьбой, позолоченный передвижной театр на данный момент находится в Санкт-Петербургском Государственном музее театрального и музыкального искусства. Весной 1992 года в составе «Классического театра» Игорь Фокин выехал на гастроли в Бостон, с собой он взял готовых кукол возрожденного театра «Деревянная Лошадь», там он выступил в клубе, где познакомился с людьми, пожелавшими помочь ему. В следующем году Игорь снова приехал в Кембридж, на сей раз уже на все лето, выступал он на Гарвардской Площади в Кембридже, на этой площади по давней традиции выступали уличные артисты, жонглеры, музыканты и фокусники, Американцы сразу же полюбили русского кукольника с его танцующими человечками. Весной следующего года Игорь переехал в США со своей семьей: женой Анастасией и сыном Евгением. После голодной, находящейся чуть не на краю гражданской войны России Америка удивила и порадовала их, театр приносил достаточно денег, чтобы можно было спокойно жить, снимать квартиру и позволять себе откладывать немного на будущее. Осенью 1994 года Игорь купил свою первую машину, Subaru 1982 года, на ней он со всей семьей часто выезжал загород, к дальнему озеру, заросшие берега которого напоминали об оставленной за океаном России. Позже, в конце сезона уличных представлений, у Игоря родилась дочь Анна; в тот же день, четвертого Ноября, он сделал ещё одну свою марионетку - «Бабушку», добрую Бабу-Ягу с настоящим ведьминым носом и метлой. Сейчас Анна любит шутить, что она в свои четырнадцать выглядит намного моложе, чем её деревянная «сестричка». Весной 1995 года семья переехала в другую квартиру в доме недалеко от университета, вскоре начался сезон представлений; кроме выступлений на улице, Игорь ездил по приглашению на праздники, обычно это были Дни Рожденья, либо традиционные для Американцев Рождество, Хэллоуин и прочие. В «уличный сезон» на праздники Игорь ездил в первой половине дня, вечером же выступал на Гарвардской Площади. С шести часов вечера площадь помаленьку заполнялась прогуливающимися горожанами, не спеша, они шли от одного уличного артиста к другому, наибольшей популярностью пользовались два места. В одном по очереди выступали несколько жонглеров, сменяя друг друга, они могли долго поддерживать в публике интерес своими трюками и фокусами, напротив них через улицу, там, где сейчас стоит памятник, выступал Игорь со своим театром. Чтобы не перебивать друг у друга публику, он с жонглерами пришел с соглашению, что, когда он выступает, они отдыхают, а когда они, то отдыхает он. Получалось, что после выступления каждого жонглера или фокусника шло кукольное представление, в среднем Игорь Фокин показывал в день около восьми двадцатиминутных представлений. Кроме жонглеров и обычных музыкантов на площади, немного выше постоянного места «Театра Деревянная Лошадь» часто становился смешной человек в разноцветной рубашке с закатанными рукавами, в жилетке, бородатый, он вытаскивал из чемодана странную конструкцию из трубок, гудков, свистков и многого другого и, нагнетая с помощью ножных «мехов» в них воздух, виртуозно играл классическую музыку. Звали его Леонард Соломон, все свои музыкальные инструменты он придумывал и собирал сам; ещё в первый год, когда Игорь приезжал с театром, они с Леонардом подружились. Почти каждый вечер Анастасия с детьми приходила на площадь, сидела поодаль с Аней, а Евгений в это время с удовольствием смотрел представления отца и жонглеров, эта жизнь уличных артистов с их своеобразной культурой является для него одним из ярчайших воспоминаний детства. Работая в Кембридже, приобретя славу по всей Новой Англии, Игорь мечтал вернуться в Россию. «Вот накоплю здесь побольше денег, и поедем в Россию, буду там восстановлением балаганного искусства заниматься»,- говорил он и обычно доставал книгу, посвященную уличному театру в России. Он мечтал: однажды в Петербурге снова будет место, где станут выступать артисты, музыканты и кукольники, как это было на Марсовом Поле до революции. Ностальгия все сильнее мучила всех членов семьи Игоря, кроме маленькой родившейся в США Анны. В 1995 году Игорь не раз выступал по телевизору, газеты писали о нем как о некоем чуде, жители Бостона начали даже иногда напевать русские мелодии из фонограммы спектакля. В 1996 году уже три режиссера стали снимать о Русском Кукольнике документальные фильмы. В августе 1996 года Игорь вместе с другом уличным артистом Таком Куртцем, поехал в Атланту, где в это время проходила Олимпиада, но почти сразу после теракта поспешил уехать обратно в Бостон - два скелетика, танцующих под песню «Светит месяц», могли бы быть восприняты публикой отрицательно после случившийся трагедии, а сокращать свое представление Игорь Фокин не хотел. Вернувшись из Атланты, он переехал из Кембриджа в красивый городок Белмонт; в отличие от Кембриджа, он состоял в основном из двухэтажных деревянных домов с небольшим задним двориком и широкими подъездами, - именно в таких районах живет сила Соединенных Штатов, те самые зажиточные американцы, средний класс. Меньше чем через месяц после переезда в Белмонт, седьмого сентября 1996 года, у Игоря родился сын Григорий. Счастью его не было предела, он с гордостью ходил с видеокамерой, снимая сына, свой дом, семью, кукол. Двадцатого сентября он, как обычно, поехал вечером выступать на площадь, там он задержался и вернулся после двенадцати, выпил чаю, погладил по голове младшего сына, потом обнял жену и вышел на крыльцо дома покурить. Через полчаса в дверь позвонили, когда Анастасия спустилась вниз, за дверью стоял полицейский, - «У Вас на крыльце мертвый человек», - сказал он. Причиной смерти стал застарелый порок сердца. Через неделю после этого уличные артисты, символом которых за четыре сезона стал «Театр Деревянная Лошадь», организовали фестиваль в память о нем, на площадь пришло около десяти тысяч человек, Американцы пришли проститься с тем, кто, не жалея себя, несколько лет приносил им и их детям радость. За четыре года Игорь Фокин успел показать более пяти тысяч представлений своего театра. Сотни писем с соболезнованиями приходили Анастасии со всей Новой Англии, был создан фонд помощи семье Игоря Фокина. Весной 1997 года молодая вдова с тремя детьми вернулась в Россию. Каждый год в годовщину смерти Игоря Фокина уличные артисты устраивают фестиваль в честь него, в 2001 году на месте, где он выступал, был открыт памятник театру, скульптором стал русский художник Константин Симун. В тот же год вышли два фильма, фильм русского режиссера Елены Демиковской «Финист Ясный Сокол», названный в честь пушкинского спектакля театра, второй был снят американцем Крисом Шмидтом. Вдова и старший сын Игоря Евгений признали и официально утвердили только первый фильм, снятый Еленой Демиковской, именно в «Финисте» правильно передан характер и личность Кукольника. На данный момент «Театр Марионеток Деревянная Лошадь» после почти тринадцатилетнего перерыва снова действует, Евгений по возможности выступает с театром на улицах Санкт-Петербурга, иногда он показывает представления на различных сценах Пушкина и Петербурга.

Евгений Кощевский. Журнал "Столицы и Усадьбы"

  • 1

Re: blog posts about Igor

I dont know any of them. Only heard about Joshua Bell.

art is long life is short!

привет! пасибо за то, что отправил к своей публикации!!! мож те и не нужно оперное поние? я дум шо кук театр намного луше пония!!! привет!! слава.

Re: art is long life is short!

Ну, театр, все таки не мной создан, я всего-лишь сын Игоря. И даже не родной...
А вот в плане пения, тут я сам занимаюсь)))
Хотя, конечно, театр замечателен, но боюсь, что вторично раскрутить его сложно будет(

Re: art is long life is short!

nu, da!!! nu moj bogi pomogut!!!!!!

Re: art is long life is short!

Пожуем увидим:))

Ваш отец - удивительный человек. И какая грустная судьба - так рано...

Ваш отец сгорел, как свечечка! Его заряд творчества передался Вам и пусть это творчество живет в любом виде и в пении, в том числе. Помоги Вам, Господи!
Посмотрите ЖЖ plotnikk там тоже творческие люди. Только это под Москвой.

Спасибо, ЖЖ Плотникк смотрю сейчас, интересно)

  • 1
?

Log in

No account? Create an account